Главная » Война в Украине » «Перестать бояться Путина». Потери России растут. F16 в пути

«Перестать бояться Путина». Потери России растут. F16 в пути

Германия вслед за Великобританией, Францией и США дала добро Киеву использовать свое оружие для ударов по России. Смотрите интервью с главой расследовательской группы Conflict Intelligence Team Русланом Левиевым (признан «иноагентом» властями РФ).

Политолог Павел Лузин расскажет о том, почему надо перестать обращать внимание на угрозы Владимира Путина и российских чиновников, чем еще НАТО способно помочь Киеву, не вводя свои группировки в Украину.

Что происходит со срочниками во время мобилизации в России и как к летнему наступлению России готовятся в приграничных районах Украины – смотрите в наших репортажах.

Видеоверсия программы

Путин определил новые цели на Западе, но не назвал страну. Дональд Трамп признан виновным. Байден разрешил Украине наносить удары американским оружием по целям в России, но есть ограничения. Кто не сможет избежать отправки на фронт?

Дала добро Киеву наносить удары по России

Мумин Шакиров: Германия вслед за Великобританией, Францией и США разрешила Украине использовать свое оружие для ударов по России. А пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков заявил, что американское оружие уже якобы используется для ударов по российской территории. Белгород почти каждый день оказывается под ударами дронов, что не мешало ему выиграть во Всероссийском конкурсе «Мой город – без опасностей». В разрешении есть нюансы, мы поговорим о них с Русланом Левиевым.

Германия разрешила Украине удары по целям в России. Что это меняет в театре военных действий?

Руслан Левиев
Руслан Левиев

Руслан Левиев: Появились послабления, но все равно значительная часть ограничений остается. Нельзя по любой точке России бить этим оружием, можно бить только по территориям ограниченной полосы, неминуемо связанной с атаками на Харьковскую область. Плюс есть ограничения по типам вооружений, которые можно применять. Например, ATACMS по-прежнему нельзя. И плюс нельзя бить, например, по аэродромам и стоящим на земле самолетам. Можно их сбивать только тогда, когда они уже летят и представляют угрозу для Украины.

Мумин Шакиров: Какой-то минимальный шаг есть. А что будет на выходе?

Руслан Левиев: Будет зависеть от того, какие удары нанесет Украина. Сегодня The New York Times опубликовала статью, что в ближайшие чуть ли не часы, может быть, дни последуют первые удары со стороны Украины по объектам на территории России. Когда появится такая возможность, это хоть какой-то эффект на войну окажет. Из-за этих ограничений до вчерашнего дня одним из основных типов оружия для России в последний месяц стал барражирующий боеприпас «Ланцет». Когда «Ланцеты» бьют по украинским объектам с Луганской, Донецкой и Запорожской областей, в ответ прилетает, как правило, HIMARS. С Харьковом была проблема в том, что «Ланцеты» пускают из Белгородской области. И экипажи «Ланцетов» прекрасно понимают, что им там ничего не угрожает, никакой HIMARS не прилетит, поэтому они могут даже не менять позицию, а с одного места постоянно запускать свои беспилотники и бить по украинской артиллерии. Этот месяц был рекордным за два года войны по количеству примененных «Ланцетов» за все время. Было применено более 200 штук «Ланцетов». И ровно по той причине, что эти экипажи чувствовали себя в полной безопасности. Они же на территории России, чего им будет-то? А сейчас эта ситуация должна измениться.

Мумин Шакиров: Какое самое эффективное оружие у украинской армии, наносящее максимальный ущерб противнику?

Руслан Левиев: Безусловно, ATACMS, особенно дальнобойный. Видно, что российские военные не ожидали этих ударов, пока не ударили по «Бельбеку», хотя всем давно известно, что дальнобойные ATACMS у Украины есть. Они начали как-то двигать ситуацию. ATACMS – сейчас самое грозное оружие для Украины.

Мумин Шакиров: В чем секрет отдельных успешных операций российский армии на харьковском направлении, если таковые имеются?

Руслан Левиев: Я бы не назвал это успехом. Продвижение на уровне определенного участка местности в каком-то смысле можно назвать успехом, но итог этой операции абсолютно провальный. Почему они смогли продвинуться? Во-первых, потому что нельзя было по ним бить, когда они были в Белгородской области. Во-вторых, потому что это приграничная полоса, которая слабо контролируется. Но в последние недели все заглохло. Ресурсов для дальнейшего движения нет.

Мумин Шакиров: Есть ли данные, какую территорию оккупировала Москва уже после неудачного контрнаступления ВСУ?

Руслан Левиев: Мы не задавались подсчетами квадратных километров. Но в целом война после прошлого лета, когда было украинское контрнаступление, стала совсем вялотекущей. Можно, конечно, привести пример Авдеевки и Очеретино, но если посмотреть в масштабе всей линии фронта и всей войны, то это очень крохотный участок. Скорее всего, война еще долго такой будет.

Мумин Шакиров: Как вам аргументы украинской стороны, мол, «в буферной зоне невозможно рыть копы и блиндажи: все обстреливается с российской стороны – и нет смысла рисковать рабочими и инженерами, лучше выстраивать оборону подальше от границы»? Речь идет о Харьковской области.

Руслан Левиев: Звучит, с одной стороны, разумно, с другой стороны, при этом вполне можно применять в том числе дистанционное минирование территории. И уже известно, что приграничная полоса не была толком заминирована, а были даже участки, где, наоборот, украинские подразделения снимали мины по каким-то своим обстоятельствам и причинам. И это благоволило продвижению российской армии, потому что по минным полям наступать очень и очень тяжело.

Мумин Шакиров: Киев находится в ожидании истребителей F16. Что мы увидим в небе над Украиной? Как одни асы сражаются с другими? Или это скорее обнаружение целей противника, чтобы корректировать удары запускаемых HIMARS?

Руслан Левиев: Многие могут сослаться на кадры обучения украинских военных, где их учат воздушным боям, но это просто потому, что инструкция такая: нужно научить этому моменту. Но фактически эти маневры применяться не будут. Будут находиться дальние цели, такие как самолеты, вертолеты, летящие ракеты, этому еще помогут шведские самолеты дальнего радиолокационного обнаружения, которые теперь пообещали Украине. Они будут помогать находить цели на большом расстоянии и F16 наводить на российские самолеты. И эти F16 будут пускать ракеты, пытаясь сбить российские истребители.

Мумин Шакиров: Что вы ждете от летней кампании со стороны России, которая, по словам наблюдателей, жаждет переговоров и нуждается в передышке?

Руслан Левиев: Я не жду второй волны мобилизации. Будет продолжаться вялотекущая война, без осуществления каких-то масштабных прорывов, будет возня по линии фронта без серьезного изменения ситуации, будут бить по дальним объектам, обстреливать всю Украину, как происходит все эти дни, прилеты по Харькову и так далее. Я не думаю, что Россия действительно хочет перемирия. Мы слышим, что чуть ли не Путин намекает на переговоры, но речь идет о намеках типа: «Давайте вы, украинцы, согласитесь, что территории, которые мы сейчас заняли, они навсегда наши». Конечно, Украина никогда на это не согласится. И Украина никогда не согласится не освобождать эти территории. Поэтому разговоры о переговорах бессмысленны, ни одна из сторон к таким переговорам не готова.

Путин и его чиновники угрожают Западу?

Мумин Шакиров: О том, как надо реагировать на речи российских политиков, продолжающих угрожать и Европе, и всему Западу, я поговорил с Павлом Лузиным.

Как относиться к угрозам Путина, мол, «малые западные страны не должны забывать, что их территории маленькие и густонаселенные»? Это он сказал в Ташкенте.

Павел Лузин: Россия угрожает западным странам, маленьким странам уже последние лет 20. Спикеры разного уровня, не один Владимир Путин. В российской системе власти как таковой много людей, и они все идеологически мотивированы, индоктринированы. Когда кто-то угрожает, надо не бояться, а бить между глаз, чтобы угрозы больше не поступали. Надо делать что-то сейчас, чтобы угрозы не были реализованы.

Мумин Шакиров: «Бить между глаз» – что вы имеете в виду?

Павел Лузин: Для начала снабжать Украину всем возможным вооружением. Кроме того, поскольку российские провокации в других регионах будут неизбежны (как уже есть сейчас, начиная с Африки, Ближнего Востока и так далее), давать соответствующий ответ. Если Лавров ручкается с ХАМАС, какие-нибудь хуситы с подачи России, в том числе, какие-то действия совершают, значит, надо, чтобы за свои действия отвечал не только ХАМАС или хуситы, но отвечала и Россия. Если Россия совершает в Балтии какие-то провокации, хотя бы даже глушит GPS, значит, надо выносить ту глушилку, которая где-то стоит.

Мумин Шакиров: Почему Запад недооценивает угрозы России?

Павел Лузин: Тут комплекс факторов. Есть политики, общественные спикеры, лидеры общественного мнения, действительно не понимающие ситуацию в силу недалекости. Есть такие, которые коррумпированы Россией напрямую – всякие «Валдайские форумы», куда на протяжении двух десятилетий ездило очень много представителей западного и политического истеблишмента, и экспертного сообщества. Некоторые люди летали туда бизнес-классом, жили в «пятизвездочных» отелях – это тоже своего рода определенный подкуп. Есть те, которые все понимают, но опасаются взять на себя ответственность, потому что это риск. Выходить с плохими вестями к своему народу тоже не каждый готов. Но сейчас понимание гораздо больше, чем оно было два года назад.

Мумин Шакиров: Если взлетят ракеты с территории Польши по российским целям, чтобы прикрыть небо Львова и других городов, не приведет ли это к реальному столкновению НАТО и России? Путин, вероятно, ответит.

Павел Лузин: Почему должно это кого-то волновать?

Мумин Шакиров: Если российские ракеты полетят в сторону Варшавы и Кракова, то не приведет ли это к вступлению в войну в первую очередь США, чего они пока не хотят?

Павел Лузин: Откуда у России ракеты, чтобы лететь в Краков или в Варшаву?

Мумин Шакиров: Из Калининграда например, там есть военные базы.

Павел Лузин
Павел Лузин

Павел Лузин: В Калининграде что-то есть. Но у каждого действия есть противодействие. Если из Калининграда что-то полетит, Калининградский оборонительный район должен быть однозначно уничтожен. Российская власть понимает исключительно язык силы. Как мы видим по всей российской истории последних 30 лет, когда есть совершенно четкое действие в ответ, отпор, Россия обычно отползает. Она умеет принимать какие-то симметричные меры, но когда есть симметричный ответ, она не знает, что с этим делать. В российской власти при всей своей жесткости никто не готов брать на себя ответственность за любые решения. Все хотят делегировать ответственность за решения куда-то наверх. И все парализуется. Посмотрите даже на июнь 23-го года – Пригожин. Или теракт в Подмосковье в феврале 24-го года. Никто не готов исполнять даже свой элементарный служебный долг. Абсолютный паралич. Из этого и надо исходить, что надо просто действовать, и наплевать на все, что думает Владимир Путин. Летом, ранней осенью им придется принимать генеральное решение: что дальше делать. Особенно если у них попытки выйти на какие-то переговоры о передышке будут бесплодными. То есть им придется решать.

Перспективы наступления ВСУ

Мумин Шакиров: Со мной на связи – профессиональный военный, полковник ВСУ в отставке Владислав Селезнев. Насколько вероятным вы считаете наступление России со стороны Сумской области, Чернигова или со стороны Беларуси?

Владислав Селезнев: Всех этот вопрос беспокоит. Обратимся к статистическим данным, используемым украинскими разведчиками. На территории Курской области, граничащей с нашей Сумщиной, находится порядка 14 тысяч российских военнослужащих, из них немалая часть – это военнослужащие из числа 44-го армейского корпуса, того самого, который дислоцируется на территории Ленинградского военного округа. Они не так давно были перемещены в составе военных эшелонов на территорию Курской области с очевидной целью – провести мероприятия по атаке на так называемую «серую» зону, приграничье Сумской области. Суммарно 14 тысяч российских военнослужащих явно недостаточно для того, чтобы оккупировать или хотя бы полуокружить областной центр Сумы. Но для создания серьезной проблемы для украинских сил обороны в приграничье этих ресурсов вполне достаточно. В принципе, и сейчас российские диверсионно-разведывательные группы активно действуют в приграничье. Также там работают российские минометчики и артиллеристы. По приграничью Сумской области также прилетают управляемые авиабомбы, которые запускают российские пилоты. Но для проведения более масштабных мероприятий этих ресурсов явно недостаточно. Возможно ли увеличение в ближайшей перспективе российской группировки на этом участке фронта – вопрос риторический. Где брать эти ресурсы с учетом того, что практически на всех участках фронта происходят ожесточенные боевые столкновения? Насколько мне известно, ресурсов тут и сейчас у российской армии нет. Хотя мы должны вспомнить недавнее заявление министра обороны Украины Рустема Умерова, он утверждает, что в перспективе российская армия может направить на фронт, в район проведения так называемой «специальной военной операции» дополнительно 300 тысяч военнослужащих. Украинская разведка эту цифру пока не подтверждает. Она требует подтверждения, верификации или каких-либо уточнений. Мы должны четко понимать, что 300 тысяч – это огромное число личного состава и еще большее количество техники, вооружения, соответствующего оборудования, которое необходимо для обеспечения эффективного использования такого количества личного состава. Где сейчас Российская Федерация возьмет такие ресурсы – вопрос открытый.

Мумин Шакиров: Смогут ли ВСУ удержать фронт в Харькове, если учитывать, что западное оружие все еще в пути, а мобилизация идет с большим трудом?

Владислав Селезнев
Владислав Селезнев

Владислав Селезнев: Сейчас российская армия использует то самое окно возможностей, которое было создано в течение фактически шести, а может быть, даже семи месяцев в результате непоследовательной позиции американского правительства. Дискуссии о том, стоит ли помогать украинской армии, обеспечили фору российским Вооруженным силам. Ведь именно с этим и связаны те факты, что в настоящее время преимущество российской артиллерии составляет: на два украинских снаряда – порядка десяти российских. Поэтому в таких условиях говорить о паритете на поле боя – как минимум в огневой компоненте – не приходится. Президент Украины Владимир Зеленский заявляет о том, что преимущество российской авиации находится в соотношении «30 российских самолетов – на один украинский». Это ни для кого не является тайной. У россиян еще есть немалое число ресурсов для реализации тех или иных наступательных миссий. Удастся ли им эти миссии реализовать, напрямую зависит от ресурсных возможностей украинских сил обороны. А они, в свою очередь, зависят от регулярных и полновесных поставок вооружений, техники, боеприпасов к этому вооружению от наших западных партнеров. Я не могу гарантировать, что эти ресурсы мы будем получать своевременно.

Мумин Шакиров: Как проходит мобилизация в Украине? Украинские масс-медиа пишут о том, что людей хватают на улицах. Говорит ли это о том, что готовность украинцев воевать снизилась?

Владислав Селезнев: Вопрос даже не в том, готовы ли жители Украины брать в руки оружие и защищать страну, а вопрос в том, что на определенном этапе была провалена соответствующая коммуникационная кампания государственного уровня. Для Украины проведение мобилизации не новость. С 14-го по 17-й годы (тот самый период времени, когда я был руководителем пресс-службы Генерального штаба) Украина провела шесть волн мобилизации. Объемы были значительно меньше, но тем не менее мероприятия проводились. Тогда работала политика one voice (единого голоса), которая проводила разъяснительную и информационную кампанию в части пояснения, почему мобилизация важна, каким образом и через какие протоколы будут проходить граждане Украины, призванные в рамках мобилизации. Вопросы, связанные и с экипировкой, и с подготовкой, и с обеспечением, и с проведением мероприятий боевого слаживания. Проходили те процессы, которые четко давали ответы для каждого гражданина Украины, в первую очередь волнующие каждого из нас: вопросы безопасности. Почему сейчас эта кампания не реализовывается, особенно на фоне того, что в настоящее время украинская армия значительно увеличена в размерах, персонала и специалистов, которые отвечают за информационную составляющую, в стране немало, – ответа на этот вопрос у меня нет. Этот вопрос было бы логичнее адресовать или главкому – генералу Сырскому, или министру обороны – Рустему Умерову. Проблемы есть. Будут ли они разрешены в ближайшее время, мне сложно говорить. От разрешения этих вопросов очень многое зависит в плане усиления боевых возможностей Украины.

Мумин Шакиров: Дональд Трамп – новый и старый герой американского «Карточного домика», сценарий которого пишет порноактриса Сторми Дэниелс. 45-й президент США встречался с ней в 2006 году. Жюри присяжных в Нью-Йорке вынесло обвинительный вердикт по делу против Дональда Трампа о фальсификации бизнес-отчетности. Политик был признан виновным по всем 34 эпизодам. Порнозвезда Дэниелс утверждала, что у них с Трампом был секс в 2006 году и бывший адвокат президента Майкл Коэн заплатил ей, чтобы она молчала об этом. Обвинение утверждает, что Трамп сфальсифицировал документацию, когда возместил Коэну потраченные деньги, оформив это как оплату юридических услуг. По каждому из эпизодов обвинения Трампу грозит до четырех лет тюрьмы. Наказание определит судья Хуан Мерчан на специальном заседании, оно пройдет 11 июля. Даже если Трамп будет отправлен в тюрьму за решетку, это не лишит его права баллотироваться на президентских выборах и даже руководить страной из-за решетки, если ему назначат реальный срок. Для сценаристов платформы Netflix это еще один сочный, интригующий сюжет для политического сериала, когда правда интереснее вымысла.

Судебное решение против избирательных перспектив?

О непотопляемости Трампа мы побеседуем с американисткой Александрой Филиппенко. Насколько американцы доверяют судебной системе?

Александра Филиппенко: Американцы доверяют судебной системе явно больше, чем Дональду Трампу, даже те, которые причисляют себя к Республиканской партии. В последние дни несколько социологических центров проводили опросы: повлияет ли решение присяжных заседателей о виновности Дональда Трампа на вашу готовность голосовать за него на президентских выборах? И, в том числе, симпатизирующие нынешней партии Дональда Трампа сказали в этих социологических опросах, что, да, повлияет. Это решение было сейчас принято. Все 12 присяжных заседателей решили, что по всем 34 пунктам обвинения Дональд Трамп виновен. Они очень быстро приняли это решение. Почти не было обсуждения. Быстро вышли из зала заседаний с решением «виновен». Это влияет на американцев и влияет на их решимость голосовать за Дональда Трампа.

Мумин Шакиров: Важно для избирателей Трампа в этом кейсе – то, что он платил порнозвезде, или все-таки то, что он, возможно, использовал средства на избирательную кампанию?

Александра Филиппенко
Александра Филиппенко

Александра Филиппенко: То, что он платил порнозвезде, не волнует совершенно никого. Ядерный электорат Дональда Трампа, который будет голосовать за него в любом случае, – это люди религиозные, они голосуют за него не потому, что он такой хороший христианин, а потому что обещает отменить аборты на всей территории США. И для них важнее такое решение, чем личность Дональда Трампа. Что касается других американцев, для них тема отношений уж тем более не имеет никакого значения. Важно исключительно то, что он недостоверно предоставил финансовые сведения относительно своей отчетности. Это подделка деловой документации, подделка документов. И главное, это сговор со своим «фиксером», как его называют сами американцы, со своим юристом Майклом Коэном, который уже отбыл заключение за это преступление – за неправомерное расходование средств и использование средств, возможно и средств предвыборной кампании. Здесь вопрос вовсе не в оплате порнозвезде. Если бы Дональд Трамп официально заплатил ей с помощью счета-фактуры – она бы выписала, а он бы оплатил, то и вовсе не было бы никаких проблем. Он хотел скрыть, что у него были отношения со Сторми Дэниелс, что он платил ей за молчание, за нелицеприятную историю, – и именно это главная проблема. Сторона обвинения вызывала разных свидетелей. Не только Сторми Дэниелс, Майкл Коэн выступали, также выступали и издатели. Например, Дэвид Пфеффер подробно рассказывал о том, как он выискивал, покупал и уничтожал, благодаря покупке… то есть закрывал рот тем людям, которые готовы рассказать какие-то негативные истории о Дональде Трамп. Все для того, чтобы Дональд Трамп зашел в Белый дом. Главный вопрос здесь заключается только и исключительно в подделке документов и ненадлежащем расходовании средств.

Мумин Шакиров: Какие инструменты есть у Трампа выкрутиться из этой истории?

Александра Филиппенко: Сейчас в связи с тем, что уже вердикт присяжных заседателей есть, дело за судьей, какое наказание будет у Дональда Трампа: будет ли это штраф, будет ли это условный срок, будет ли это подписка о невыезде, будет ли это, может быть, тюремное заключение. Что касается тюремного заключения – это маловероятно, потому что все-таки американское право – это прецедентное право. И неважно, Дональда Трампа обвиняют или кого бы то ни было другого, но все-таки это первое уголовное преступление данного гражданина США. Более того, преступление, за которое предусматривается четыре года. То есть это не такое тяжкое преступление, как причинение вреда здоровью или что-то еще страшнее. Можно каждый пункт на четыре года рассмотреть, но, скорее всего, они все будут рассматриваться скопом. Максимальное тюремное заключение, скорее всего, четыре года все-таки. И в такой ситуации обычно американские суды, прецеденты в американских судах говорят о том, что в основном не выносится решение о заключении в тюрьму. Вероятно, Дональду Трампу в любом случае удастся выкрутиться в смысле того, что он не попадет в тюрьму. И команда Трампа будет подавать апелляции уже после решения суда. Сейчас они пишут только свое видение того, каким должно быть наказание или что неправильно было принято решение. Обе стороны – и обвинение, и защита – будут предоставлять судье свои письма. После этого они смогут подать на апелляцию. И будут пытаться снять эти обвинения вовсе. На данный момент, кажется, если не удастся снять эти обвинения в судах высшей инстанции, скорее всего, Дональду Трампу не грозит тюремное заключение. Можно сказать, что выкрутиться удастся.

Мумин Шакиров: Почему его аудитория так толерантна к его «проколам»? Другого политика просто бы снесли за эти грехи.

Александра Филиппенко: Дональд Трамп – уникальный политик. Кажется, что абсолютно все, что он делает, уникально и удивительно. И это все прецедентны для американской политики. Кажется, что его ядерный электорат – те люди, которые голосуют за него в любом случае, – голосует за него именно потому, что он выражает некоторые крайне радикальные позиции правого крыла Республиканской партии, которые другие политики мало выражают. Или не получают такого большого количества сторонников, когда выражают такие позиции, как, например, вопрос абортов, свободное ношение оружия, закрытие южной границы и так далее. Благодаря этим позициям правого крыла Республиканской партии, которая сейчас на подъеме, Дональд Трамп тоже остается на волне. Но я бы отметила только одно: все-таки у Дональда Трампа невысокие рейтинги. У них с Байденом не очень хорошие рейтинги, но они не очень хорошие в целом. Поэтому мы не можем говорить о том, что подавляющее большинство американцев или даже большинство американцев выступают за Дональда Трампа.

Как изменятся налоги в России?

Мумин Шакиров: В России опять повышают налоги. Кто их будет платить? На ком это отразится? Конечно же, скажет обыватель, на потребителе конечного продукта. Сходите на рынок – и вы все увидите собственными глазами. Но, скажут правительственные чиновники, не все так просто: бедных не обидим, а у богатых заберем излишки. Об этом мы и поговорим с экономистом Максимом Блантом.

В России снова поднимают налоги. Это коснется тех, кто зарабатывает свыше 200 тысяч рублей в месяц. Где тут драма?

Максим Блант: Драм тут несколько. Начнем с того, что при нынешних ценах на нефть раньше, до войны, государству хватало на все, и еще оставалось отложить в Фонд национального благосостояния. Сейчас очевидным образом не хватает, поэтому повышают налоги, и не только для населения, работников. Это во-первых. Во-вторых, 200 тысяч рублей в месяц, по данным Минфина, зарабатывает около трех процентов работников в Российской Федерации.

Мумин Шакиров: Это капля в море!

Максим Блант
Максим Блант

Максим Блант: В Москве это уже 15%. Зарплаты в России растут быстро, гораздо быстрее, чем уровень жизни и чем реальные располагаемые доходы. Когда обсуждалось предложение Государственной Думы о том, чтобы нижний порог установить на уровне двух средних зарплат, я посмотрел, за сколько лет номинальные зарплаты в России удвоились в среднем. Это произошло с середины 2017 года примерно. То есть шесть с половиной лет назад. В последние два года в связи с зарплатной гонкой и не хваткой людей, зарплаты растут гораздо более высокими темпами. И если зарплаты будут расти теми темпами, которые наблюдались в январе текущего года к январю прошлого года, то 200 тысяч рублей в месяц будет средней зарплатой где-нибудь к 28-му, 29-му году.

Мумин Шакиров: Вы хотите сказать, что налог, который сегодня вводится на богатых, через несколько лет станет таким же для тех, кто сегодня получает гораздо меньше, так?

Максим Блант: Да, безусловно.

Мумин Шакиров: Но сколько же лет должно пройти? Зарплаты же тоже вырастут.

Максим Блант: Зарплаты вырастут и налоги вырастут, только уровень жизни не изменится. Покупательная способность зарплат падает, соответственно, реальные доходы очень сильно отстают от номинальной зарплаты. То есть у вас оклад большой, а купить на него вы можете гораздо меньше, чем год назад.

Мумин Шакиров: Что будет с малым бизнесом? Насколько он пострадает от того, что налог с физических лиц повысится с 13% до 15% для тех, кто зарабатывает свыше 200 тысяч?

Максим Блант: Малый бизнес здесь как бы ни при чем. На малый бизнес несколько другая мера направлена. Те компании, оборот которых больше 60 миллионов рублей в год, будут должны платить НДС. Это очень сильный инфляционногенный, проинфляционный, как говорят в Центральном банке, фактор. То есть фактически эти 10% или сколько-то процентов НДС будут заложены в цены, и это будет разгонять инфляцию. Тот факт, что правительство декларирует деньги, которые соберут с так называемых богатых, получат малообеспеченные граждане. Все дело в том, что богатые тратят не всю свою зарплату, а малообеспеченные граждане, которые будут получать эти деньги, их немедленно понесут в магазины. Фактически этот эффект будет в меньшей степени, чем во время всех раздач денег, которые Путин предпринимал перед любыми выборами и просто тогда, когда хорошее настроение, но тем не менее инфляцию это будет разгонять.

Мумин Шакиров: Еще одна опция правительства: повысятся налоги с прибыли на пять процентов для компаний. Было 20%, будет 25%. Но тут же чиновники пишут, что когда с рынка ушли иностранные компании, российские компании стали процветать, заняли этот рынок, и доходность их увеличилась на 35%. Так пусть платят с этих баснословных прибылей.

Максим Блант: Во-первых, не российские компании, а китайские компании, давайте уж говорить правду, заняли ту освободившуюся нишу на рынке. Во-вторых, в России уже второй год происходит довольно интересная тенденция: гражданское производство не способно конкурировать прежде всего за кадры, но и за остальные ресурсы с военно-промышленным комплексом, который растет кратно. Если вы посмотрите любое выступление Мишустина, Медведева и так далее, которые посещают военные заводы, то цифры называются: снаряды – в пять раз, взрывчатые вещества – в семь раз выросло производство. В то время как в денежном выражении производство гражданских каких-то вещей исчисляется процентами, а в некоторых – вроде игрушек – категориях и вовсе падает. Повышение ставки рефинансирования, которое Центральный банк предпринял в прошлом году для того, чтобы остановить девальвацию рубля, тоже очень сильно ударило по гражданскому сектору, который работает на кредитах, и стало в плюс военному производству, которое работает на авансах из бюджета. Нынешнее перераспределение денег через бюджет идет тоже от гражданского в основном сектора в государственный, который является военной машиной и никак не участвует в удовлетворении спроса. Зарплаты повышаются, люди несут деньги в магазины, а товары, разве что китайские, и то до тех пор, пока цены на нефть достаточно хороши, чтобы покупать китайские товары, чтобы была валюта. Поэтому этот шаг – это еще один удар по гражданскому производству и еще одна поблажка военному. Милитаризация российской экономики ускорится.

Мумин Шакиров: Я хочу вернуться к российским компаниям. Допустим, в России, как все пишут, процветает общепит и другие виды сервисов, где ушли иностранные компании. Это же и есть доходы дополнительные. Это же и есть дополнительная прибыль. Или это не так?

Максим Блант: Все-таки в России общепит и прочие сервисы не являются основой экономики. Компании, которые производят экспортные товары, тоже пострадают. Повысят налог на добычу полезных ископаемых: на калийные удобрения, если я не ошибаюсь, в два раза, на фосфорные – в два-три раза. Дело в том, что у гражданского сектора государство возьмет 1 триллион 600 миллиардов рублей в год и отдаст его военному производству.

www.svoboda.org

Chechenews.com 

02.06.24.